Вести из 45-го

В детстве, приходя к своей бабушке, я любила садиться на старую деревянную кровать, доставала из такого же старого шкафа альбом с фотографиями и осторожно перелистывала страницы. Напротив, на стене, висел большой портрет моего деда. Он не вернулся с войны. Я никогда не видела его живым и поэтому очень пристально вглядывалась в черты его лица. Мне казалось, что он видит меня и знает, что я есть, что я его внучка…

Как-то бабушка привела меня к памятнику в центре деревни Пуховичи. Там, на мемориальной плите, золотыми буквами было выбито и имя моего деда: Савастюк Петр Иванович. С тех пор я стала приносить к памятнику цветы. «Отнеси, — говорила бабушка, вытирая слезы, — может, и на его могилку кто-нибудь положит цветок».

На протяжении многих лет на огороде у бабушки под старой вишней были похоронены украинец и казах. В самом начале войны молодые красноармейцы погибли во дворе моего деда. Ночью вместе с соседом он похоронил их прямо на огороде. А потом сам ушел на фронт. Только в начале 70-х годов бабушка сообщила в военкомат об этом захоронении, и со всеми воинскими почестями погибшие были перезахоронены в братскую могилу на местном кладбище. Их родственники оставили бабушке на память фотографии ребят. Она поместила их в одну рамку с дедом. Сказала: «Пусть будут вместе. Они здесь, рядом. А где же ты, Петя, сам?»

Мы знали, что дед погиб в 45-м в Восточной Пруссии. Так получилось, что похоронка не сохранилась в семье. Но все почему-то запомнили, что пропал дед без вести именно там.

В детстве я даже написала письмо в одну из школ Калининграда с просьбой помочь найти могилу деда. Но ответа, как и следовало ожидать, я не получила. Все эти годы мы ничего не знали о погибшем. Встречаясь с ветеранами, которые воевали в тех местах, я всегда пыталась получить какую-нибудь информацию. Все говорили одно: шли ожесточенные бои, местность была заболоченная. Многие там и остались, пропали без вести. Так думали про своего деда и мы.

Когда вышла в свет книга «Память. Пуховичский район», я, к своему удивлению, нашла в списках погибших, кроме своего деда, еще одного пуховчанина под фамилией Селастюк. Но все данные о нем были как про деда. Стало очевидно, что произошла ошибка при записи фамилии. Это и помогло мне в дальнейшем.

С развитием сети интернет много интересной нужной информации появилось на различных сайтах.

В соответствии с Перечнем поручений Президента Российской Федерации, Министерством обороны России был создан обобщенный компьютерный банк данных, содержащий информацию о защитниках Отечества, погибших и пропавших без вести в годы Великой Отечественной войны, а также в послевоенный период («ОБД Мемориал»).

Главная цель проекта — дать возможность миллионам граждан установить судьбу или найти информацию о своих погибших или пропавших без вести родных и близких, определить место их захоронения. Данные для наполнения Обобщенного банка данных взяты из официальных архивных документов, хранящихся в Центральном архиве Минобороны РФ, Центральном военно-морском архиве Минобороны РФ, Российском государственном военном архиве, Государственном архиве РФ и его региональных отделениях, Управлении Мин-обороны РФ по увековечению памяти погибших при защите Отечества. Основной массив документов — это донесения боевых частей о безвозвратных потерях, другие архивные документы, уточняющие потери (похоронки, документы госпиталей и медсанбатов, трофейные карточки совет-ских военнопленных и т.д.), а также паспорта захоронений советских солдат и офицеров. В рамках проекта отсканировано и предоставлено в интернет-доступ более 13,7 миллиона листов архивных документов и свыше 42 тысяч паспортов воинских захоронений.

На сегодняшний день ни в одной стране мира нет подобного банка данных.

Когда я впервые зашла на сайт «ОДБ Мемориал», мне не удалось найти никакой информации про деда. Потом я стала вводить разные варианты фамилии, и когда написала «Селастюк», фамилию, которая значится в книге «Память», был открыт именной список безвозвратных потерь, в котором под номером 212 числился Селастюк Петр Иванович, уроженец местечка Пуховичи, призванный Пуховичским военным комиссариатом сразу после освобождения района 7 июля 1944 года. Тут же значились данные о его семье. Все совпадало! Но главное — было написано, что погиб мой дед 3 февраля 1945 года в деревне Подонги возле Либштатска в Восточной Пруссии. Позднее эту информацию удалось подтвердить с помощью сотрудников районного военного комиссариата. Они предоставили копию извещения о гибели (похоронку).

Я проследила боевой путь 194-й стрелковой Речицкой Краснознаменной дивизии, в составе 299-го артиллерийского полка которой воевал мой дед.

Далее началась работа по изучению территориальной принадлежности Восточной Пруссии после окончания Великой Отечественной войны, переименования населенных пунктов. Посещая разные сайты, изучая документы, карты, мне удалось установить, что город Либштатск после войны был переименован в Милаково. Это теперь территория Польши.

Поселение Подонги есть там и сейчас. Это Варминско-Мазурское воеводство, Эльблонгский повят, гмин Годково.

На протяжении многих лет я мечтала найти могилу деда, поехать туда, отвезти горсть родной земли. Оставалось узнать, есть ли захоронение возле деревни Подонги.

В интернете, переходя со страницы на страницу, зашла на форум поисковых движений. Прочитала, что в Польше большой объем информации по погибшим советским военнослужащим собрал пан Войтех Блещински из Гданьска. Зарегистрировалась и написала ему письмо. Он, правда, не смог найти необходимую мне информацию. Но тут случилось чудо! Нашу переписку на форуме прочел житель Ярославля Сергей Кудрявцев. Он отправил ссылки на некоторые документы. Трудно передать чувства, которые испытывала я, просматривая их. Вот запись из документа об убытии:

“Номер записи 56536848

Селастюк Петр Иванович

Дата рождения __.__.1900

Место рождения Минская обл., Пуховичский р-н, с. Пуховичи.

Дата и место призыва 07.07.1944, Пуховичский РВК, Белорусская ССР, Минская обл., Пуховичский р-н.

Последнее место службы штаб 194 сд Воинское звание красноармеец.

Причина выбытия — убит. Дата выбытия 03.02.1945.”

Прислал мне Сергей Кудрявцев и ссылку на наградной лист, в котором говорится: «Севостюк Петр Иванович, красноармеец 299 артиллерийского полка 194 Речен-ской (Речицкой) Краснознаменной дивизии представляется к ордену Отечественной войны второй степени за то, что в бою за деревню Тюнген Вормирского района Восточной Пруссии 2 февраля 1945 года под сильным артиллерийским и пулеметным огнем противника во время контратаки превосходящих сил врага (четыре самоходных орудия, и до полка пехоты) на наши боевые порядки его орудие находилось на прямой наводке на главном направлении вражеского удара, первым принял весь удар и ведя огонь по контратакующему немцу уничтожил в составе расчета 6 пулеметов, 1 орудие ПТО до 100 гитлеровцев и подорвал самоходное орудие, отразил 4 атаки противника, что способствовало удержанию занимаемого рубежа, но вражеский снаряд оборвал жизнь славного героя артиллериста».

Вот так с помощью неравнодушных, добрых людей мне удалось найти всю необходимую информацию о моем дедушке. Как видно из документов, в годы войны не было времени проверять правильность правописания. Потому во всех документах наша фамилия написана по-разному: Селостюк, Севостюк. Но нет сомнений, что это именно наш дед, потому что совпадают все остальные данные.

Остался еще один главный для нас вопрос. Где же похоронен дед? Войтех Блещински сообщил, что возле деревни Подонги военных захоронений сейчас нет. В послевоенные годы проводилось перезахоронение погибших на советские военные кладбища. Одно из них находится в городе Моронг в 20 километрах на юг от деревни.

«Там в 60-ти братских могилах покоится 964 воина, но список известных фамилий насчитывает всего 70 имен, — пишет он.— Вашего дедушки в списке нет. Он там, наверное, как безымянный покоится. Подтвердить перезахоронение может только польский Красный Крест».

Было написано письмо и в польский Красный Крест, но ответа пока нет. И, возможно, ждать его придется долго. Туда приходят тысячи запросов, а работает с ними совсем немного людей.

И снова началась кропотливая работа по изучения мест воинских захоронений, списков. Благодаря этому я убедилась, что наш дед, вероятнее всего, был перезахоронен на военное кладбище в Моронг.

На протяжении многих лет мне не давала покоя мысль о том, что мы не знаем, где покоится родной наш человек. И вот теперь мы можем поехать в те места и поклониться земле, которая приняла его. Поклониться подвигу всех тех, кто не вернулся из боя в далеком 45-м. Жаль только, что не дожили до этого дня его жена и четверо сыновей…

Ольга САВАСТЮК.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *