Редкое увлечение жителя Марьиной Горки

5Если я скажу, что героя моего материала Сергея Мазура не оторвать от бутылочки, то это будет значить совсем не то, что вы, наверняка, подумали. Сергей —  коллекционер редких старинных образцов стеклянной тары. Проще говоря — бутылочек и флаконов, хотя в коллекции встречаются и другие предметы. Но об этом чуть позже. Сначала о том, откуда взялось столь необычное увлечение.

2— Люди, действительно, чаще слышат о коллекциях значков, монет, марок, картин,— говорит Сергей.— Бывает, коллекционируют спиртные напитки. А я вот больше пустую тару… Но это, поверьте, очень интересно, ведь как только человек научился лить стекло, едва ли не первыми предметами стекольного производства стали именно бутылки. Они использовались для розлива вина, пива, минеральной воды или лекарства. Каждая старинная бутылка имеет свою историю…

 Такое хобби у электромеханика Сергея Мазура появилось лет 15 назад. Случайно. Все началось с найденной в старом доме маленькой стеклянной рюмочки — лафитника (такое название дал простой люд во второй половине XIX века округлым винным рюмкам с ножками. Название пошло от имени красного вина — лафита). Почему появилось желание и дальше находить и собирать подобные предметы, Сергей не знает. Оно просто появилось, потому что появился интерес. Благодаря ему, Сергей занялся чтением различной литературы в поисках ответов на возникающие вопросы. Так составлялась биография каждого нового экспоната. Так копились знания не просто о конкретных бутылках и пузырьках, но и об истории их появления.

За рубежом коллекционирование стеклянных бутылок и флаконов, к слову, считается модным и популярным увлечением, но у нас таких коллекционеров мало, поэтому со всеми единомышленниками Сергей больше общается по интернету. Впрочем, многие сегодня уже знают про увлечение коллекционера и порой даже способствуют пополнению его редкой коллекции. В ней сегодня более 200 разных сосудов. От винных, аптечных до парфюмерных флаконов. И у каждого своя история. Узнать ее даже не коллекционеру хочется сразу, как только касаешься бутылочки: старинное стекло, поверьте, совсем не безликое…

3В доказательство Сергей увлеченно рассказывает мне о предметах своей коллекции. И я с каждой минутой огорчаюсь, что газета не безразмерна, и в ней не получится поместить все удивительные истории, которые я услышала.

Вот, например, стеклянная банка из-под чаю. Когда Сергей нашел эту банку в каком-то сарае, в ней лежали болтики, гаечки, гвозди. А раньше хранился один фунт чаю. Дорогой был чай. Его точно пили только богатые люди, потому что банка такого чаю стоила целую корову. На банке мы видим тисненияИстория рассказывает о том, что при Николае II в Российской Империи было принято «Положение о стеклянной посуде». Согласно этому документу, «каждый заводчик должен в удобном для него месте ставить клеймо, в котором означать свое имя и фамилию хотя бы начальными буквами, местонахождение завода и год выделки». Изображение же российского орла на бутылке означало высшую государственную награду за победу на очередной выставке, которую отмечала своим посещением и царская семья. Под орлом по положению о государственной геральдике указывался год награждения фирмы государственным гербом. Встретить такие экземпляры теперь, говорят, сложно, потому что  после революции 1917 года их просто уничтожали.

1Но у Сергея есть пивная бутылка, произведенная на заводе Ивана Дурдина  в 1913 году. Достался этот редкий экземпляр по обмену. Безусловно,  сама бутылка нам не расскажет ничего, но в книгах мы найдем информацию о том, что Иван Алексеевич Дурдин,  купец первой гильдии, в 1839 году открыл в Петербурге небольшую пивоварню около Ново-Калинкина моста. Для розлива пива обычно использовались бутылки в форме высокой многогранной пирамиды, изготовленные из стекла коричневого или красно-янтарного цвета. В 1857 году за заслуги по распространению пивоварения, пивоторговли и за высокое качество продукции товарищество было награждено правом изображать на упаковке и рекламных материалах всей своей продукции двуглавого орла. Вся коллекция Сергея Мазура — в основном пустые бутылки-бутылочки-флаконы. Кроме одного. Эту бутылку, залитую сургучом, коллекционер не стал даже отмывать после того, как нашел в кладке старого дома.

— Такую тару использовали для розлива алкогольного напитка (ликера) «Спотыкач»,— говорит Сергей.— Возможно, он там и содержится. Почему эти бутылки оказались наскоро замурованными в стену, остается только гадать. Собственно, так и получается: ты знаешь и чувствуешь, что каждая находка имеет свою историю, но, к сожалению, не можешь знать, какую.

А вот еще один интересный экземпляр бутылки от алкогольной продукции. Его Сергей нашел во время поездки в Освенцим. В этом городе в 1804 году Якуб Хаберфельд, производитель и поставщик ликеро-водочных изделий, учредил ликеро-водочный завод, на котором до второй мировой войны производили знаменитую песаховку.  Бутылка эта может быть свидетелем страшного времени.

— Вообще стеклянной посуды после войны на территории Беларуси можно найти много,— рассказывает Сергей.— Фашисты, очевидно, собирались воевать с комфортом, поэтому везли с собой и спиртное, и минеральную воду, и парфюмерию. У меня в коллекции есть бутылка из-под ополаскивателя для полости рта «Одол», который обязательно входил в экипировку солдата вермахта. Интересно, что уже тогда бутылка имела дозатор. И еще: ополаскиватель под этим брендом и сегодня производится в Германии.

С  парфюмерными бутылочками связано также немало интересных историй. Вот, например, пузырек из-под духов. Его история — история товарищества Анри Брокара, француза, который в 1861 году приехал в Москву, стал называться Генрихом Афанасьевичем и получил место инженера на одном из производств. Зная секреты производства французской парфюмерной воды и работая лаборантом, Брокар усовершенствовал процесс создания концентрированных духов, которые ориентировал на массового потребителя, а не только на богатых людей. Летом 1873 года фирму Брокара посетила великая княгиня Мария Александровна, дочь императора  Александра  II и жена английского герцога Эдинбургского. Ей был подарен букет восковых цветов, ароматизированных разными духами. Это произвело впечатление на княгиню, и Брокару  разрешили писать на своих товарах «поставщик двора ее императорского высочества великой княгини Марии Александровны, герцогини Эдинбургской».

К празднованию трехсотлетия дома Романовых сыновья Брокара выпустили аромат «Любимый букет Императрицы», занявший первые места на самых крупных выставках за рубежом. Этот аромат после революции, когда сменила название на «Новую Зарю» сама фабрика, стал называться… «Красная Москва». Да, та самая «Красная Москва», которая так популярна была в советское время. Удивительное открытие сделала я для себя!

Есть у Сергея и бутылочка от элитных духов «Нильская сирень». Они создавались на парфюмерной фабрике Ралле. Русскому парфюмеру Эрнесту Бо, который  после революции эмигрировал во Францию,  мадам Шанель заказала создание особенного аромата, не похожего на модные в то время цветочные ароматы.  Впервые русский парфюмер использовал при создании запахов альдегиды. Шанель, ознакомившись с предложенными вариантами, выбрала аромат из пятой пробирки. Вот так все, оказывается, просто с этим невероятно популярным и ни на что не похожим запахом, который носит имя Коко Шанель.

Особая история с бутылочками треугольной формы. В них производители наливали уксусную эссенцию. Треугольными бутылки делали для того, чтобы люди случайно не выпили, перепутав эту огненную воду с другой.Не могу не рассказать и о дореволюционной бутылке из-под пива завода «Оливария». Эта бутылка — ценный экспонат. На ней вытеснен орел . Он вернулся на логотип современного завода, благодаря тому, что кем-то также была найдена похожая бутылка.

Очередной экспонат своим видом любого поставит в тупик. Найден был, кстати, в районе деревни Ровчак. Да, он тоже — стеклянная тара. Без дна. Не думаю, что кто-то сам догадается, что эта симпатичная по дизайну бутыль — мухоловка. Так что бывают экземпляры с секретами. Сергей признается, что долго искал информацию о предназначении найденной бутылки.О коллекции можно рассказывать, мне кажется, бесконечно. Она действительно большая и интересная. Интересна еще и тем, что может пополняться и далее, несмотря на то, что уже сейчас в Беларуси немного найдется конкурентов у нее.

Чтобы у коллекции было продолжение, Сергей с удовольствием ездит на стройплощадки, где во время фундаментных работ находятся удивительные вещи, разбирает чердаки и подвалы старых домов в надежде найти еще что-нибудь интересное. С радостью принимает в дар ненужные кому-то бутылки с биографией. Такое оно, его увлечение. И в нем, как я понимаю, любовь вовсе не к стеклу, а к его истории…

Елена  ШАНТЫКО

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *